Автор Тема: Россия крепостная. История народного рабства  (Прочитано 75152 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн S.Eugene

  • Сообщений: 225
    • Атеист
Недавно прочитал книгу "Тарасов Б. Ю. Россия крепостная. История народного рабства". Даже не знаю, как описать свои чувства. Шок, ужас. Я и раньше не испытывал симпатии к  российской монархии, теперь же у меня невероятное отвращение.

Мне кажется, это намного ужаснее, чем издевательства фашистов и т.п.. Тогда люди хоть понимали, что их пытают чужеземцы и враги. Русский же крестьянин с детства осознавал себя рабом, он постоянно жил на правах скотины, без какой-либо надежды.

А ведь =М= необоснованные обвинения в адрес Церкви удалены О.Г. теперь нет никакого морального права претендовать на роль учителя и источника морали для общества.


Несколько цитат:

---

Поведение с крепостными людьми княгини Козловской и вовсе таково, что, по замечанию Ш. Массона, она «олицетворяет в себе понятие о всевозможных неистовствах и гнусностях». Кроме того, что наказания, которым Козловская подвергала своих слуг, носили часто извращенный характер, они отличались просто патологической жестокостью: в частности, она приказывала раздевать людей при себе догола и натравливала на них собак. Массон писал о том, как она наказывала своих служанок: «Прежде всего, несчастные жертвы подвергались беспощадному сечению наголо; затем свирепая госпожа, для утоления своей лютости, заставляла класть трепещущие груди на холодную мраморную доску стола и собственноручно, с зверским наслаждением, секла эти нежные части тела. Я сам видел одну из подобных мучениц, которую она часто терзала таким образом и вдобавок еще изуродовала: вложив пальцы в рот, она разодрала ей губы до ушей»…

Рядом с такими примерами действительно совершенно невинными кажутся барыни, обходившиеся в своем быту без садизма, лишь обычными мерами «взыскания», подобно бабушке мемуариста В.В. Селиванова, о которой он писал, что она «нередко железным аршином или безменом тузила нерадивых».

---

«Однажды один из дворовых его людей, и вдобавок живописец, уехал в соседнее село на базар, не спросясь барина. Барин велел раздеть его донага, вывести на середину двора, подать себе кресло и начать сечь… И плечи, и руки, и ноги, и спина — все было иссечено; человек весь облит был кровью. Барин велел перестать сечь и заставил его идти домой. Едва живой, поплелся, было, несчастный, но барин натравил собаку, и та, тут же на месте, изорвала его до смерти».

--

...одна женщина показала, что от сильных побоев пропало у нее молоко в груди; другая — что была сечена немилосердно; третья — что она беременная бита была палками перед господским крыльцом, пришла оттого в беспамятство и, отправившись домой, дорогой выкинула, но сама уже не помнит, как была принесена в избу и куда девался ребенок. Полагали, что ребенок съеден был дворовой собакой, потому что видели рыло у сей последней в крови… При сем представлены были клоки вырванных волос, железный аршин, кочерга, которыми производились побои.

---

...В главной резиденции Измайлова, селе Хитровщине, рядом с усадебным домом располагалось два флигеля. В одном из них размещалась вотчинная канцелярия и арестантская, в другом — помещичий гарем. Комнаты в этом здании имели выход на улицу только через помещения, занимаемые собственно помещиком. На окнах стояли железные решетки.

Число наложниц Измайлова было постоянным и по его капризу всегда равнялось тридцати, хотя сам состав постоянно обновлялся. В гарем набирались нередко девочки 10–12 лет и некоторое время подрастали на глазах господина. Впоследствии участь их всех была более или менее одинакова — Любовь Каменская стала наложницей в 13 лет, Акулина Горохова в 14, Авдотья Чернышова на 16-м году.

Одна из затворниц генерала, Афросинья Хомякова, взятая в господский дом тринадцати лет от роду, рассказывала, как двое лакеев среди белого дня забрали ее из комнат, где она прислуживала дочерям Измайлова, и притащили едва не волоком к генералу, зажав рот и избивая по дороге, чтобы не сопротивлялась. С этого времени девушка была наложницей Измайлова несколько лет. Но когда она посмела просить разрешения повидаться с родственниками, за такую «дерзость» ее наказали пятидесятью ударами плети.

---

...Новгородский губернатор Сивере доносил Екатерине, что поборы помещиков со своих крепостных «превосходят всякое вероятие». Состояние деревенских жителей современниками прямо характеризовалось как рабство.

Иностранные путешественники, побывавшие в России во времена правления Екатерины, оставили записки, полные изумления и ужаса от увиденного. «Какие предосторожности не принимал я, — писал один французский мемуарист, — чтобы не быть свидетелем этих истязаний, — они так часты, так обычны в деревнях, что невозможно не слышать сплошь и рядом криков несчастных жертв бесчеловечного произвола. Эти крики преследовали меня даже во сне. Сколько раз я проклинал мое знание русского языка, когда слышал, как отдавали приказы о наказаниях».

---

Не только дворяне, но и монахи синодской церкви, а монастыри до 1764 года имели право владеть населенными имениями, обходились с крепостными немилостиво. В Курской губернии исследователем Добротворским были собраны интересные свидетельства о том, как жилось крестьянам под властью монашеской обители: «Монастырская неволя была пуще панской… Рассказывают старики, что житье было тогда незавидное. Вместо лошадей у монахов служили они: на них и воду возили, и землю пахали».

--

В.О. Ключевский писал по этому поводу, что в российской империи «образовался худший вид крепостной неволи, какой знала Европа, — прикрепление не к земле, как было на Западе, даже не к состоянию, как было у нас в эпоху Уложения, а к лицу владельца, т. е. к чистому произволу».

Но как могло случиться, что граждане одной страны были самим государством поставлены в такие извращенные и несправедливые взаимные отношения, когда одни оказались бесправной собственностью других?

Этот вопрос приводил в недоумение многих еще в пору расцвета крепостного права. «Нельзя не заметить с особенным удивлением участи, которую в последствии веков имел простой народ русский, — писал Н. Тургенев в 1819 году. — В европейских государствах существовавшее там рабство произошло от завоевания. Варвары нагрянули на Европу, воспользовались правом победителей и из побежденных сделали рабов. Напротив того, в России народ русский сверг с себя постыдное и долго томившее его иго татарское, и при том случилось, что побежденные, т. е. татары, остались свободными, и многие из них вступили в сословие дворян, а большая часть победителей, т. е. большая часть коренного народа русского, была порабощена».

---

Исключительное право дворянства на распоряжение «душами» соотечественников вызывало зависть непривелигированных, но лично свободных слоев населения. Потому купцы, мещане, казачья старшина и даже духовенство, представленные в Уложенной Комиссии уполномоченными делегатами, заявили о своем непременном желании получить право владения крепостными рабами.

---

Торговля людьми в России с начала XVIII и до середины XIX столетий была совершенно обыкновенным делом. Владельцы продавали крепостных крестьян точно так же, как любое другое имущество, давая объявления об этом в газетах или приводя свой живой товар на рынки. Читатель «Московских ведомостей» встречал на страницах такие объявления: «Продаются за излишеством дворовые люди: сапожник 22 лет, жена ж его прачка. Цена оному 500 рублей. Другой рещик 20 лет с женою, а жена его хорошая прачка, также и белье шьет хорошо. И цена оному 400 рублей. Видеть их могут на Остоженке, под № 309… Продаются шесть серых молодых лошадей легких пород, хорошо выезжанных в хомутах, которым последняя цена 1200 рублей. Видеть их можно на Малой Никитской в приходе Старого Вознесения…»

Николай Тургенев писал о публичной торговле крепостными, что «торг сей простирался до того, что даже в Санкт-Петербург привозили людей целыми барками для продажи». Кроме петербургского крупные невольничьи рынки существовали в Москве, Нижнем Новгороде, Самаре. Один старый дворовый рассказывал незадолго перед крестьянской реформой: «Бывало, наша барыня отберет парней да девок человек тридцать, мы посажаем их на тройки, да и повезем на Урюпинскую ярмарку продавать. Сделаем там, на ярмарке, палатку, да и продаем их. Больше все покупали армяне… Каждый год мы возили. Уж сколько вою бывало на селе, как начнет барыня собираться в Урюпино»…

В XVII веке на Руси существовал забытый во времена крепостного права закон, по которому холоп-иноверец, принявший православие, получал свободу. В Российской империи русских православных людей толпами продавали иноверцам, которые увозили своих рабов в Турцию и на Ближний Восток. Сербский эмигрант Савва Текели, проезжая Тулу, увидел на центральной площади города около 40 нарядно одетых девушек, стоявших особняком. На вопрос серба о том, что они тут делают, проводник ответил односложно: «Продаются». — «Разве люди продаются, как скотина?» — спросил изумленный Текели. На что собеседник сказал, что в России крепостные люди не имеют ничего, кроме души: «Помещик может продать мужа от жены, жену от мужа, детей от родителей, избу, корову, даже и одежду их может продать».

--

Замечательно, что такое положение собственного народа, находящегося в жестоком рабстве и безрезультатно взывающего к монаршей милости, не мешало императору Николаю I деятельно заботиться о положении чернокожих невольников в Северной Америке. В 1842 году выходит указ, грозивший наказанием тем из российских подданных, которые осмелятся участвовать в торговле неграми… Кроме того, император великодушно даровал свободу всякому чернокожему рабу, которому доведется ступить на российскую землю.

...

Учитывая вышеприведенные примеры, приходится сделать вывод, что, несмотря на ряд общих признаков, которые сближают крепостничество в своих самых жестких проявлениях с рабовладельческими системами древнего и нового времени, от античности до Северной Америки, все же русское крепостное право представляет собой совершенно особое явление в истории социального неравенства и угнетения. Крепостных использовали как рабов, относились к ним, как к рабам, сочиняли законы, утверждавшие их рабское состояние, но, и отняв у них право присяги самодержцам, продолжали именовать их в официальных документах «подданными», «верным нашим народом», обращались к ним, как к гражданам. Иначе и быть не могло, ведь в крепостном состоянии находилось в разное время от половины до 3/4 населения России. Крепостные, в отличие от привозных невольников, были не просто представителями коренного народа страны, но единокровными соплеменниками своим господам. Их предки создали это государство и возвели на трон династию, преемниками которой именовали себя правившие императоры. Крепостные кормили государство, работая с утра до ночи в полях, и защищали его на полях сражений — ведь солдатская служба почти целиком ложилась на их плечи. Ничего подобного ни в одной рабовладельческой стране никогда не было и быть не могло.

...

Но пугачевское восстание было начато не крепостными людьми, и не они одни только составляли ряды крестьянской армии. Там сошлись вместе все униженные и недовольные существовавшим государственным строем — инородцы, казаки, помещичьи и заводские крестьяне, староверы. Известно, что в организации самого восстания значительная роль принадлежала старообрядцам, в их скитах нашел убежище беглый казак Пугачев, оттуда и при их поддержке он начал свое продвижение. Это не было случайным. Нельзя забывать, что после церковной реформы XVII века русское православие оказалось расколото, и тех, кто не принял новые обряды и не признал официальную «никонианскую» церковь, насчитывались в стране миллионы. Государственная власть их неутомимо преследовала: конец XVII и 1-я половина XVIII столетия в русской церковной истории полны беспримерными гонениями за исповедание древлеправославия, пытками и казнями старообрядцев, превосходящими по жестокости примеры из практики западной инквизиции.

В этой крестьянской войне выплеснулось все негодование, накопившееся более чем за столетие церковных и социальных реформ, в результате которых большинство народа оказалось не просто ущемлено, но совершенно лишено каких бы то ни было прав. Негодование против власти, насаждающей иноземные обычаи и одежду, и гонящей под страхом уголовного наказания все национальное и традиционное, негодование против дворян, не желающих замечать в своих рабах человеческий облик, негодование против господствующей церкви, служители которой не произнесли ни одного слова в защиту обиженных и гонимых и храмы которой использовались в первую очередь не для богослужений, а как места, где зачитывались очередные притеснительные правительственные постановления и указы.
« Последнее редактирование: 07.08.2013, 21:55:22 от Ольга Гуреева »

Семён Семёныч

  • Гость
Страшно. :(

Оффлайн S.Eugene

  • Сообщений: 225
    • Атеист
И самое обидное, что народ наивно верил, что любимый государь поможет, защитит от "злых бояр", обращались к нему, умоляли спасти, а он плевал на них как на скотину, наказывал и возвращал обратно владельцам.

От имени своих не ученых грамоте односельчан некий грамотей Аким Васильев обращался к Александру I: «Владелец наш стал утеснять непомерным оброком и другими повинностями, принуждая к выполнению требований угрозами и тиранством до такой степени, что многие из доверителей моих, быв наказаны безщадно, померли, а другие, боясь подвергнуться таковой же участи, скрывались долгое время, оставя дома свои и семейства. Четыре года претерпевая тиранство и разорение… доверители мои, не находя средств к избавлению себя от столь насильственного ига, доверили мне ходатайствовать у престола Вашего императорского величества о всемилостивейшем воззрении на несчастную участь верноподданных…».

Из других обращений: «Припадая ко преосвященному Вашему трону, всемилостивейшему нашему государю, с верноподданнейшим нашим третьим(!) прошением… оная наша госпожа совсем нас разорила и довела в крайнее убожество, так что отняла у нас хлебопахотную нашу крестьянскую землю и сенокосные луга и хлеб наш крестьянский отняла в свое владение. Имущество все растащили, лошадей и коров наших отняли в свое владение, из домов нас выгнали… Всемилостивейший государь, воззрите всемилостивейшим и человеколюбивым оком Вашим к нам, великостраждущим и погибающим от нашей госпожи Здраевской, что мы не можем скрыть смерть от ее нападения»!

«Утягощены на господской работе, ни в зиме, ни в лете ни единого дни на себя работать не дает, ни воскресение; оттого все в мир пошли, кормимся Христовым именем…».

«Означенный господин наш крестьян вконец разорил несклонной своею работою…».

«Припадая к освященнейшим Вашего императорского величества стопам осмеливаемся изъяснить: как оный господин наш начал нами владеть, то мы не имеем от его работ ни дня, ни ночи отдохновения, выгоняя нас, мужской и женский пол как в праздничные, так и в высокоторжественные дни, и навсегда у него находимся в работе на винокуренных заводах… Пересек до несколько сот человек плетьми, не щадя ни старого, ни малого, так, что на том месте оставил троих маленьких, да троих больших, чуть живых и изувеченных, которые находятся теперь при смерти…».

«Начали нас бить и били без пощады так, что без мала на том месте оставили из нас, побитых и измученных, чуть вживе, человек до 100. После сего по приказанию нашего господина Викулина приказчик его приехал в наши селения и бил наших двоих женщин брюхатых до тех пор, что они из своих брюх скинули младенцев мертвых, а потом и оные женщины от побои лишились жизни. Тот же приказчик наших трех крестьян лишил жизни… Ваше императорское величество! Если мы у него останемся далее во владении, то он нас и половины вживе не оставит…».

Насколько справедливы были жалобы крестьян и насколько циничным и потребительским было к ним отношение господ, видно по следующему откровенному письму одного помещика Казанской губернии к своему старосте по поводу взыскания недоимок: «О крестьянах, что они неимущие и ходят по миру, отнюдь ко мне не пиши: мне это нож; я хочу воров разорить и довести хуже прежнего, — так они милы мне; почти я от них допущен ходить с кузовом по миру. Уповаю и надеюсь до 1000 рублей взыскать без всякого сумнительства…».

«Всемилостивейший» государь также не спешил откликнуться на крестьянские мольбы. В абсолютном большинстве случаев надежды крепостных людей на справедливую защиту со стороны императорского престола не оправдывались. Вместо этого челобитчики, осмелившиеся нарушить указы о запрете жаловаться на своих господ, наказывались плетьми и возвращались обратно помещикам.


---

Очередной сильный всплеск крестьянских восстаний начинается со вступлением на престол Павла I. Новый император распорядился привести к присяге всех жителей государства, и в том числе тех, кто принадлежал помещикам. Крепостным людям, лишенным права присяги самодержцам со времени правления Елизаветы, этот приказ показался если не манифестом о вольности, то, по крайней мере, предвещающим скорое освобождение. Вновь поползли слухи о том, что помещики утаивают царский указ об отмене рабства, начались случаи неповиновения господам, вооруженное сопротивление воинским командам, присланным для подавления волнений.

Павел Петрович, конечно, не только не помышлял об освобождении крепостных, но искренне считал, что им живется лучше под опекой помещиков. За короткое время своего правления он успел раздать в частную собственность около 600 тысяч людей, при этом выделив для обеспечения нужд императорской семьи и всей династии 3 000 000 так называемых удельных крестьян. При Павле потеряли личную свободу жители областей Крыма и крестьянское население на Дону, отданное в распоряжение казачьей старшины (вот почему казаки так любят монархию).

Это вызвало яростное противодействие — восстали с оружием в руках десятки тысяч человек. Сопротивление задавили быстро и жестоко. Раздраженный император распорядился хоронить трупы убитых крестьян, как собак, без выполнения христианских обрядов. Над захоронениями вместо крестов ставили столб с надписью: «Тут лежат преступники против Бога, государя и помещика, справедливо наказанные огнем и мечом по закону Божию и государеву».


****

Но среди кровавых событий крестьянской войны отчетливо проявилось очень важное обстоятельство: вооруженное выступление было направлено не против государственности, а исключительно против конкретных лиц и режима, доказавших свою враждебность простому народу. Это был не анархический бунт, а сознательное восстание в защиту своих гражданских прав и справедливого государственного устройства. Заблоцкий-Десятовский писал: «Сила понятия о правительстве весьма замечательна как в помещичьих крестьянах, так и в государственных; если случаются неповиновения, или даже оскорбления правительственных властей, то это всегда относится собственно к лицам; все казенное почитается ими неприкосновенным».
« Последнее редактирование: 07.08.2013, 10:51:30 от S.Eugene »

Оффлайн р.Б. Иоанн

  • Фонд помощи
  • *
  • Сообщений: 14476
    • Православный
  • Skype: www.odigon.ru
Цитировать
Но как могло случиться, что граждане одной страны были самим государством поставлены в такие извращенные и несправедливые взаимные отношения, когда одни оказались бесправной собственностью других?

Подскажите этому Тарасову (да он и знает, только не хочет свой чернушный триллер обелять), что благодарить надо Петра 1 и после - его "птенцов", т. е. победивших почти на столетие западников. Этот вариант "прикрепление в личную собственность" они стырили (а они все только тырили, что могли) там же, где и все остальные свои новшества - на Западе, конкретно, в Польше.

Так что свое отвращение лучше адресовать по точному адресу (сори за каламбур :) ).

Оффлайн р.Б. Иоанн

  • Фонд помощи
  • *
  • Сообщений: 14476
    • Православный
  • Skype: www.odigon.ru
И самое обидное, что народ наивно верил, что любимый государь поможет, защитит от "злых бояр", обращались к нему, умоляли спасти, а он плевал на них как на скотину, наказывал и возвращал обратно владельцам.


Это Вы сейчас про плевки какого именно государя изволили сообщить?

Оффлайн р.Б. Иоанн

  • Фонд помощи
  • *
  • Сообщений: 14476
    • Православный
  • Skype: www.odigon.ru
Страшно. :(

Ну да. От глупости и невежества - жуть, как страшно. :(

Оффлайн S.Eugene

  • Сообщений: 225
    • Атеист
Этот вариант "прикрепление в личную собственность" они стырили (а они все только тырили, что могли) там же, где и все остальные свои новшества - на Западе, конкретно, в Польше.
Опять запад виноват? Что за западфобия. Почему-то Запад всегда жил и живет лучше нас.
Кстати, чего же крестьяне бежали в ужасную Польшу целыми селами и не хотели возвращаться?

Оффлайн S.Eugene

  • Сообщений: 225
    • Атеист
Это Вы сейчас про плевки какого именно государя изволили сообщить?
Всех, начиная с садиста шизофреника Грозного, заканчивая Николаем 2.

Оффлайн Кирсан.В

  • Сообщений: 632
    • Сомневающийся
Сумбурно и как то однобоко.

Оффлайн Роман Р.K.

  • Сообщений: 210
Процитирую М.Назарова. Может автор темя хоть чуть-чуть под другим углом глянет и отойдет от шока.
Чуть позже найду статью про причины крепостного права. Там букв поменьше
Цитировать
Крепостное право просуществовало в России два с половиной столетия, с 1597 по 1861 год. Сколько на Западе публикуется обличений по этому поводу! В основном со ссылками на русскую литературу, которая всегда предпочитала нравственные требования к власти и ее критику с преувеличениями, но не приукрашивание. Однако надо учесть, что закрепощение русских крестьян произошло в самом конце ХVI века в виде их прикрепления к земле (в 1597 году отменили их право менять работодателя) и это воспринималось тогда как часть необходимого для всех православного послушания: Россия, обороняясь от множества врагов, выходила к своим жизненно важным геополитическим рубежам, и тогда жертвенно служить государству были обязаны все, каждый на своем месте – и крестьяне, и дворяне (они за военную службу получали поместья без права передачи их по наследству), и сам Царь.
Более всего ужесточению нашего крепостного права поспособствовали "великие европеизаторы" Петр I и особенно Екатерина II. Поместья стали наследственными, к тому же был совершенно изменен смысл крепостного права, когда в 1762 году указом Петра III, а затем екатерининской жалованной грамотой дворянству (1785) дворяне были освобождены от повинности служения, получив крестьян в личную собственность – этим нарушилось прежнее понятие справедливости. Это произошло именно вследствие европеизации России нашими монархами-западниками, поскольку в таком же несправедливом виде крепостное право задолго до России было из соображений эксплуатации введено во многих европейских странах и продержалось там в целом гораздо дольше – особенно в Германии, откуда и было перенято в Россию в новом виде. (В германских землях отмена крепостного права происходила в 1810–1820-е годы и завершилась лишь к 1848 году. В "прогрессивной" Англии и после отмены крепостного права безчеловечное отношение к крестьянам наблюдалось повсеместно, например, в 1820-е годы крестьянские семьи тысячами изгонялись с земли.)
Показательно, что русское выражение "крепостное право" изначально означает именно прикрепление к земле; тогда как, например, соответствующий немецкий термин Leibeigenschaft имеет совсем иной смысл: "полная личная собственность". (К сожалению, в переводных словарях эти разные понятия даются как равнозначные.)
В то же время в России крепостные имели не более 280 рабочих дней в году, могли надолго уходить на промыслы, вели торговлю, владели заводами, трактирами, речными судами и сами нередко имели крепостных. Конечно, положение их во многом зависело от хозяина. Известны и зверства Салтычихи, но это было патологическое исключение; помещица была приговорена к тюремному заключению.
И хотя уже с начала XIX века крепостное право в России подвергалось ослаблениям и частичным отменам, распространяясь к 1861 году лишь на треть крестьян, совесть российских дворян все больше тяготилась им; разговоры о его отмене шли с начала ХIХ века. Крестьяне тоже считали свою зависимость временной, переносили ее с христианским терпением и достоинством, – свидетельствовал путешествовавший по России англичанин. На вопрос, что его более всего поразило в русском крестьянине, англичанин ответил: «Его опрятность, смышленость и свобода... Взгляните на него: что может быть свободнее его обращения! Есть ли и тень рабского унижения в его поступи и речи?» (Notes of a visit to the Russian Church by the late W. Palmer. London, 1882).
Так, и Наполеон в 1812 году надеялся, что русские крепостные будут приветствовать его как освободителя, но получил всенародный отпор и понес огромные потери от стихийно созданных крестьянами партизанских отрядов...
В ХIХ веке положение крепостных стало улучшаться: в 1803 году произошло их частичное раскрепощение на основе закона о "свободных хлебопашцах", с 1808 года запретили продавать их на ярмарках, с 1841-го разрешалось иметь крепостных только владельцам населенных имений, ширилась возможность самовыкупа. Большую подготовительную работу для отмены крепостничества провел Государь Николай I. При отмене крепостного права в 1861 году оно распространялось уже лишь на треть крестьян (или 28 % населения страны; было освобождено 22,5 млн. при общей численности около 80 млн. подданных). Впрочем, очень многие крестьяне освобождения не хотели, им было спокойнее жить по-старому, когда все заботы перекладывались на помещика.
В царском Манифесте Александра II от 19 февраля 1861 г., который был оглашен в Прощеное воскресенье во всех российских храмах, по этому поводу говорилось:
«Дворянство добровольно отказалось от права на личность крепостных людей... Дворянам предлежало ограничить свои права на крестьян и подъять трудности преобразования не без уменьшения своих выгод... Имеющиеся в виду примеры щедрой попечительности владельцев о благе крестьян и признательности крестьян к благодетельной попечительности владельцев утверждает нашу надежду, что взаимными добровольными соглашениями разрешится большая часть затруднений, неизбежных в некоторых случаях применения общих правил к разнообразным обстоятельствам отдельных имений, и что сим способом облегчится переход от старого порядка к новому и на будущее время упрочится взаимное доверие, доброе согласие и единодушное стремление к общей пользе».
То есть, как и ранее, взаимоотношения крестьян и помещика во многом зависели от личности и доброты (или жесткости) последнего. При этом крестьяне не освобождались немедленно от их трудовых повинностей:
«В силу означенных новых положений крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей. Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют крестьянам, за установленные повинности, в постоянное пользование усадебную их оседлость и сверх того, для обеспечения быта их и исполнения обязанностей их пред Правительством, определенное в положениях количество полевой земли и других угодий. Пользуясь сим поземельным наделом, крестьяне за сие обязаны исполнять в пользу помещиков определенные в положениях повинности. В сем состоянии, которое есть переходное, крестьяне именуются временно-обязанными. Вместе с тем им дается право выкупать усадебную их оседлость, а с согласия помещиков они могут приобретать в собственность полевые земли и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С таковым приобретением в собственность определенного количества земли крестьяне освободятся от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступят в решительное состояние свободных крестьян-собственников».
Таким образом, с одной стороны, наиболее зажиточная и деятельная часть крестьянства приобрела долгожданную свободу самостоятельного хозяйственного роста (и это положительно сказалось на развитии экономики); с другой стороны, эта реформа разрушила прежний патриархальный быт и ухудшила жизнь самых бедных, предоставив их самим себе. Крестьянская земля осталась в основном в общинном владении. Помимо безплатных наделов, часть ее подлежала выкупу у помещиков в течение 49 лет при круговой поруке общины. (Лишь в 1905 году крестьяне были уравнены в правах с другими сословиями и были упразднены выкупные платежи за землю. Продолжение этой темы см. далее в календаре в связи с реформой П.А. Столыпина.)
Из книги "Вождю Третьего Рима (гл. I-7 и II-2):

Оффлайн Роман Р.K.

  • Сообщений: 210
Вот нашел:
http://ruskline.ru/monitoring_smi/2013/07/30/sberezhenie_i_preumnozhenie_naroda_v_rossii/

Сбережение и преумножение народа в России
Иван Дронов, Русское Воскресение
01.07.2013

Цитированием выделю самое главное

... Так, в конце XVI века, когда границы России в Европейской части практически совпадали с современными границами РФ, население России в насчитывало примерно 8 млн. человек, население Германии - 15 млн., Италии - 11-12 млн., Франции - 20 млн., Испании - 10-11 млн., Англии - 4-5 млн., Речи Посполитой - 11 млн., Османской империи - 25 млн.
При таком соотношении демографических потенциалов, Россию не ожидало ничего хорошего, что и показали события Смуты начала XVII в. Это понимали русские государственные деятели. Иван Грозный, например, в известном послании к князю Курбскому (1564) отвергал его обвинения в массовых репрессиях, ссылаясь на очевидное безумие такой политики: «Чтобы охотиться на зайцев, нужно множество псов, чтобы побеждать врагов - множество воинов; кто же, имея разум, будет зря казнить своих подданных!..»[1].
Но иметь «множество воинов» при крайнем малолюдстве государства, обуславливавшем скудость средств казны, казалось делом невозможным, а слабость вооружённых сил, в свою очередь, не позволяла надёжно оборонить населения от истребления бесчисленных врагов.
Цитировать
Выход из этого порочного круга Российское государство в XVI-XVII вв. нашло во введении крепостного права, путём раздачи ратным людям - дворянам - поместий с крестьянами, которым запрещён был свободный выход от их владельцев. Доходы от поместий позволяли ратным людям кормиться и являться в действующую армию «конными, людными и оружными». Такая практика позволила быстро нарастить численность войска почти без увеличения военного бюджета. Новая военная организация оказалась сравнительно эффективной и позволила постепенно не только избавить русское население от опустошительных нашествий, но и отодвинуть внешние границы государства от его жизненных центров. После Смуты и вплоть до Наполеоновского нашествия ни одна армия не вступала на территорию России (Карл XII в 1709 г. не смог продвинуть дальше приграничных областей Украины). Военное могущество крепостной России, ликвидация смертельных внешних угроз, гигантское расширение границ империи и максимальное отдаление их от сердца страны обеспечили безопасную и спокойную жизнь великорусскому центру, что очень быстро повлекло за собой демографический взрыв. За промежуток между 1750 и 1850 гг. население Российской империи выросло в 4 раза (с 17-18 млн. до 68 млн.). Учитывая, что примерно на 10 млн. это увеличение объясняется новыми территориальными приобретениями, тем не менее естественный прирост населения был огромен и превышал показатели любой европейской страны. Уже к концу XVIII века Россия сделалась самым многолюдным государством Европы.
Многие русские помещики прекрасно понимали, что их личное благосостояние (даже если они не думали о пользе государства) напрямую зависит от количества крестьян в их имениях. Если почитать письма помещика и великого русского полководца А. В. Суворова к управляющему своих имений, то мы увидим его неподдельную заботу о благосостоянии крепостных подданных, перечень действенных практических мер по увеличению их числа, которые могли бы служить образцом даже для современных руководителей государства. Так, Суворов настойчиво призывает он к «соблюдению крестьянского здоровья и особливо малых детей» с помощью лекарств, гигиенических и карантинных мер, которые и описывает в подробностях. Крестьяне плохо заботились о малолетних детях, иногда намеренно простужали их: чем меньше лишних ртов, тем легче и вольготнее им жилось. Суворов грозит таковым суровыми карами. Тем, кто имел маленьких детей, он приказывал выдавать продовольственную помощь. Важным, по его мнению, было следить за тем, чтобы между крестьянами не возникало сильного имущественного расслоения, не было обнищавших и отчаявшихся. Тем, кто попадал в тяжёлую жизненную ситуацию, начинал опускаться и спиваться, крестьянское общество должно помогать всеми средствами подняться, поправиться, наладить хозяйство, завести семью, детей. Конечно, Суворов радел и о собственной выгоде тоже. И эта выгода требовала, чтобы ни одно мужицкое домохозяйство не впало в нужду, не разорилось, не спилось, не вымерло с голодухи, при том что самим крестьянам часто было наплевать на соседскую беду. Помещик же, если он не хотел по миру ходить (а кто в здравом уме этого хочет?), был кровно заинтересован в том, чтобы его деревни были многолюдны, поля хорошо обработаны, мужики сыты, а их дети румяны, чтобы их куры неслись, а коровы телились. Это объективно способствовало росту населения в России.

Оффлайн Владимир Н. Н.

  • Сообщений: 937
Вот нашел:
http://ruskline.ru/monitoring_smi/2013/07/30/sberezhenie_i_preumnozhenie_naroda_v_rossii/

Сбережение и преумножение народа в России
Иван Дронов, Русское Воскресение
01.07.2013

Цитированием выделю самое главное

... Так, в конце XVI века, когда границы России в Европейской части практически совпадали с современными границами РФ, население России в насчитывало примерно 8 млн. человек, население Германии - 15 млн., Италии - 11-12 млн., Франции - 20 млн., Испании - 10-11 млн., Англии - 4-5 млн., Речи Посполитой - 11 млн., Османской империи - 25 млн.



Красивая сказка.
Только вторая редакция крепосного права затронула не только Московское государство, она затронула всю Восточную Европу и Скандинавию.
 В том чмсле Речь Посполиту -11млн.

Так что нечего выгораживать Англию с Голандией и "Ротшильдов"с "Рокфеллерами" используя квасной патриотизм.

Оффлайн Роман Р.K.

  • Сообщений: 210
Не понял про вторую редакцию, ибо серьезно вопрос не изучал, но мне эти статьи помогли понять откуда и зачем оно (КП) взялось и что тут мы далеко не впереди планеты шли. Особенно учитывая все наши геополитические сложности. Ну и конечно влияние петровское (и последователей) не следует игнорировать - перегнули палку, в частности при "матушке-императрице".

Евгений 08

  • Гость
Красивая сказка.
Только вторая редакция крепосного права затронула не только Московское государство, она затронула всю Восточную Европу и Скандинавию.
 
Сами сказки рассказываете. Крепостное право не известно в Скандинавии (кроме Дании)

Оффлайн Кирсан.В

  • Сообщений: 632
    • Сомневающийся
А какие там были формы взаимоотношений? Ведь скандинавы в плен то угоняли народ.

Евгений 08

  • Гость
А какие там были формы взаимоотношений? Ведь скандинавы в плен то угоняли народ.
Какой плен? В эпоху викингов было патриархальное рабство, т.е. пленники жили с семьями местных на положении то ли слуг, то ли членов семьи. А потом были только военнопленные. А местные крестьяне были мелкими наследственными владельцами земельных наделов. Платили налоги государству или местным феодалам, но свободы передвижения никогда не теряли

Оффлайн Владимир Н. Н.

  • Сообщений: 937
Сами сказки рассказываете. Крепостное право не известно в Скандинавии (кроме Дании)

Так тогда Дания по территории побольше чем сейчас была.


Евгений 08

  • Гость
Так тогда Дания по территории побольше чем сейчас была.
Побольше. Но крепостное право было (кроме собственно Дании) в провинции Сконе и Южном Шлезвиге.  А в Норвегии, даже при власти датского короля, крепостного права не было. Как и в Исландии

Олег Птц

  • Гость
Не знаю...
Может историки пишущие такие книги в чём-то и правы - на некоторых вещах стоит заострять внимание и через сотни лет, чтобы потомками не забывалось.
Однако я, например, о той эпохе немного знаю из истории моей собственной семьи.
Мой прадед - Кузнецов Николай Тихонович - потомственный крестьянин села Кузнецово, Тамбовской губернии - родился уже свободным человеком, однако его отец и мать были рабами.
Рано оставшись без родителей, был определён в дворовые к местной барыне, был ею воспитан, обучен и в 16 лет экстерном сдал экзамены за полный курс гимназии. Всю оставшуюся жизнь проработал учителем.
Скажете - нестандартная биография сына раба ?
Тогда откуда взялись все эти Третьяковы, Ползуновы, Нартовы и прочие русские люди поднимавшие страну и бывшие выходцами именно из этого - самого угнетаемого и несчастного русского сословия - крестьянства ?
Видимо - не так это было просто....
И, потом - сравните положение потомков наших рабов и американских рабов негроидного происхождения в США. Конечно, расовая сегрегация там оставалась чуть ли не до 70-х годов прошлого столетия, однако тот процент преступности, низкий уровень грамотности, безработица, наркомания царящие в этой среде говорит о том, что последствия рабства могут быть очень разными. Да и само рабство, видимо, было слишком разным...

Оффлайн Владимир Н. Н.

  • Сообщений: 937
Побольше. Но крепостное право было (кроме собственно Дании) в провинции Сконе и Южном Шлезвиге.  А в Норвегии, даже при власти датского короля, крепостного права не было. Как и в Исландии

Хорошо скорректирую свою мысль, что бы ко всяким малонаселённым Норвегиям не цеплялись:

"Вторая редакция" крепосного права затронула не только Московское государство, она затронула всю Восточную Европу и частично Скандинавию.
 В том чмсле Речь Посполиту -11млн.

Так что нечего выгораживать Англию с Голандией и "Ротшильдов"с "Рокфеллерами" используя квасной патриотизм
.

"Вторая редакция" - термин придуманый кажется Энгельсом.
Наверно не совсем корректный, потому что первая редакция получается была в Западной Европе.

 

Пожертвования на работу форума "Православное кафе 'Миссионер'"
можно отправлять по приведенным ниже реквизитам"

R412396415730
E210633234893
Z101437155470

41001985760841



Рейтинг@Mail.ru